предыдущая главасодержаниеследующая глава

Пироповая нить Намсарая

В начале августа поисковые работы сосредоточились на двух обособленных участках: восточном (долина реки Шаварын-гол) и западном (долина реки Нарын-гол). Водораздельное пространство между ними шириной около 30 км представляло собой дикую горную тайгу и "белое пятно" на карте с очень сложным, как оказалось, геологическим строением.

Обе поисковые группы начали свою работу почти одновременно. Восточную группу возглавил Тумур, западную - Намсарай. Задача у обоих групп была единой: обнаружить пироп в шлихах речных отложений. Найденные пиропы будут той путеводной нитью, которая должна привести к коренным источникам - вулканическим жерлам.

Река Нарын-гол. Фото О. И. Климберга
Река Нарын-гол. Фото О. И. Климберга

На Шаварын-голе Тумур уже начал разматывать свою заветную ниточку (у него в шлихах постоянно присутствовал хризолит). Поисковые работы на Нарын-голе складывались не столь удачно. Первые километры опробованной речной сети оказались пустыми: ни единого знака пиропа или хризолита. А затем наступило ненастье. Солнечная долина потемнела от грозовых туч, и зарядили беспросветные проливные дожди. Прозрачная, как родник, и лучистая от солнца река Нарын вся вздулась, переполненная бурлящей мутной водой. Возникло то неприятное и безвыходное положение, когда из-за непогоды отодвигается (а иногда срывается) запланированная работа. Время шло, а результатов, которых ждали от нас и ждали мы сами, не было. Партия "Цветные камни" пока не поймала своей "жар-птицы", за которой была послана, не ухватила ни единого ее крупного "перышка", кроме самого малого - лунного камня.

Начальник партии Мунхтогтох ходил хмурый и тоскливо взирал на небо: надвигалась осень, несущая в этот суровый горный край гнетущий холод и пустоту. На Хангай оставался один месяц, всего только месяц! В сентябре партия будет вынуждена покинуть этот удивительный и пока неизвестный геологам Хангай. Предстоит переезд на юг, в теплые районы Гобийского Алтая и Восточной Гоби. А там ждали геологов месторождения ювелирного граната-альмандина Алтан-худун и многоцветного агата Их-джаралан, на которых планировалась опытная добыча. Был у партии и еще один весьма трудоемкий объект - Цахиуртское проявление белого мрамора, вблизи Нового промышленного города Дархана, На Цахиурте проводил разведочные работы отряд геолога X. Буда, и нам с Мунхтогтохом регулярно приходилось бывать там, покрывая расстояние около 1000 км. И на мраморе мы терпели неудачу: несмотря на красивый белый цвет и хорошую просвечиваемость (чем он напоминал иногда знаменитый каррарский мрамор Италии), он не удовлетворял одному немаловажному требованию - блочности. Геологи предпринимали отчаянные попытки найти среди трещиноватых, сильно попорченных тектоническими процессами мраморов монолитные участки. Но это не удавалось, и с каждым разом шансы этого объекта неумолимо падали. Словом, было о чем задуматься Мунхтогтоху и всему нашему небольшому коллективу.

И все же в ожидании погоды мы не теряли время даром: отрабатывали маршруты, составляли карты, заново переоборудовали десятиместную палатку под полевую лабораторию. Строгая хозяйка лаборатории - минералог Бадра - с длинной черной косой уже успела к тому времени просмотреть все шлихи и с нетерпением ждала новых. Наконец, после напряженного ожидания, снова заголубело небо, выглянуло солнце, и долина вновь заискрилась золотистым цветом, соответствуя своему названию "Солнечная". Река стала меньше пениться, постепенно очищаться от мути, а поверхность ее сделалась слегка вогнутой - верный признак убыли воды.

Намсарай мягкими движениями промывал пробу
Намсарай мягкими движениями промывал пробу

Стосковавшиеся по прерванной работе, геологи рьяно взялись за шлихи и геологическую съемку водораздельных участков долины. Намсарай целиком переключился на шлиховое опробование и сам начал мыть шлихи. Мы знали, что скромный, немного застенчивый Намсарай имеет характер настоящего бойца. Когда старший геолог брался за дело, он, казалось, забывал обо всем, не считался ни с чем, не щадил ни себя, ни других. С бледным вытянутым лицом, на котором неистовым пламенем горели большие черные глаза, он всем своим обликом напоминал романтическую фигуру геолога-первооткрывателя. Таким он и был на самом деле. За время работ на Суман- голе, а затем на Чулуте Намсарай в совершенстве овладел всеми тонкостями шлихового дела. С завидной ловкостью заправского промывальщика он мог промыть шлих, не потеряв при этом ни единого зерна из концентрата, осевшего на деревянном ложе лотка. Обладая редкой наблюдательностью, способностью геологически мыслить и понимать природу, он точно находил места отбора шлихов и предугадывал возможные результаты. Также скрупулезно и безошибочно он просматривал отмытые шлихи под лупой, а затем под бинокуляром. Овладев шлиховым искусством, Намсарай обучил ему техника-геолога Дамбу и двух рабочих-шлиховальщиков. Теперь две хорошо подготовленные группы шлиховальщиков работали посменно, соревнуясь между собой. И каждый таил в себе сокровенную надежду на успех, без которой был бы немыслим поиск. Работали без отдыха, с каким-то упоением и азартом, успевая за день отобрать и полностью обработать по 20-30 проб. Вечером возвращались в лагерь голодные, продрогшие, с красными от ледяной воды руками, валясь с ног от усталости. Но все-таки первым делом заглядывали в палаточную лабораторию, к Бадре, с надеждой, что ей удалось что-нибудь "ухватить" из вчерашних проб. И по одному ее виду понимали, что в этот раз было также пусто, как и во все предыдущие.

Минералог Бадра за просмотром шлихов
Минералог Бадра за просмотром шлихов

Намсарай тяжело переживал неудачу. Лицо его осунулось и как-то посерело, только глаза горели все тем же жгучим упорством. Когда выпадали свободные минуты, он успевал еще раз посмотреть свои пробы, а также пробы, привозимые с Шаварын-гола, от Тумура. Те выгодно отличались от нарын-гольских - в них постоянно присутствовали хризолит и авгит - самые вероятные спутники пиропа. А в Нарын-голе и того не было. Была опробована уже половина главного русла реки, и все впустую. Нарын-гол вилял в разные стороны и, наконец, круто повернул на юг, уводя поисковиков все дальше и дальше от лагеря. И вот наступил, наконец, тот редкий и счастливый для каждого геолога момент, когда он не только ищет, но и находит. Присев на корточки, Намсарай мягкими движениями промывал очередную пробу, внимательно всматриваясь в лоток. И вдруг на дне лотка в намытом им желто-сером песке заалели, будто капельки застывшей крови, маленькие зернышки красного минерала. Это были не единичные зерна - целая горсть, словно рассыпанная чьей-то щедрой рукой, сверкала в мокром песке, высвечиваемая косыми лучами заходящего солнца.

"Неужели пироп?!", - пронзила Намсарая ошеломляющая мысль. Еще не веря внезапно нахлынувшей на него радости, он молча поднялся с лотком, устало разгибая спину. Подбежавший Дамдин хотел было взять у него лоток, но Намсарай не выпускал его из рук. Он старательно домыл пробу до конца, пока на дне лотка остался лишь концентрат серых, черных, зеленых и красных минералов. Вытащив широкую лупу в черной пластмассовой оправе, он стал разглядывать кроваво-красные зерна. Они были крупные - размером почти с горошину, блестели от влаги и, судя по окатанной форме, проделали немалый путь по реке.

- Энэ юу вэ? (Что это?), - чуть слышно произнес Дамдин, застывший возле Намсарая в напряженном ожидании.

- Пироп! Нэгдугээр монгол пироп! Метнэуу?! (Пироп! Первый монгольский пироп! Понимаешь?!), - выдохнул во все легкие Намсарай и кинулся обнимать Дамдина.

Вечером в полевом лагере было празднично. Минералог Бадра светилась лучезарной улыбкой. Она подтвердила, что найденный красный минерал принадлежит к семейству гранатов, и давала свою косу на отсечение, что это пироп. Такого заверения было более чем достаточно, и скептиков не оказалось. Геологи радовались первой удаче, которая приближала их к главной цели - открытию россыпи с пиропом. Ухватив, как говорится, за хвост удачу, геологи уже не выпускали ее из своих рук - все последующие пробы алели от пиропа, а красная ниточка, дразня поисковиков, все дальше уводила их на юг. На двадцатом километре основного русла реки пироповая нить оборвалась: в пробах исчезли и пироп, и его спутники. Стало очевидно, что пиропы поступают со стороны мелкого бокового ручья.

Немного поднявшись по безымянному ручью, Намсарай со своим помощником взял первую пробу. В ней оказались еще более крупные зерна пиропа слабо окатанной и остроугольной форм. Значит, источник пиропов надо искать где-то совсем близко. Они пошли по ручью, меся ногами охристо-желтую глину, время от времени отбирая красноцветные пробы. А безымянный ручей тянул их дальше, на восток, в сторону Шаварын-гола, где работала поисковая группа Тумура.

Теперь обе группы двигались навстречу друг другу - к широкой перевальной долине, известной под названием Шаварын-царам (Глинистая долина).

предыдущая главасодержаниеследующая глава














Rambler s Top100 Рейтинг@Mail.ru
© Карнаух Лидия Александровна, подборка материалов, оцифровка; Злыгостева Надежда Анатольевна, дизайн;
Злыгостев Алексей Сергеевич, разработка ПО 2008-2019
При копировании материалов проекта обязательно ставить ссылку на страницу источник: 'IzNedr.ru: Из недр Земли'