предыдущая главасодержаниеследующая глава

Чудесный златокамень

Среди зеленых ювелирных камней есть один замечательный самоцвет, известный уже с глубокой древности. У него нет такого ликующего, царственно величавого зеленого цвета, как у "царя самоцветов" - изумруда. Он не обладает и сильным алмазоподобным блеском, присущим зеленому гранату-демантоиду. Его привлекательность в живом и ярком цвете весенней зелени, насыщенной золотистым солнечным блеском. Именно за это, идущее из глубин камня золотистое сияние он и получил название "хризолит", что в переводе с греческого буквально означает "златокамень". Назвал его так знаменитый римский натуралист и восторженный почитатель драгоценного камня Плиний Старший. Он является "крестным отцом" многих известных самоцветов, и никто, пожалуй, не сказал о них лучше, чем Плиний, на заре нашей эры: "В каждом драгоценном камне, как в капле воды, отражено все величие природы, и любого из них достаточно, чтобы ощутить верх ее совершенства". В своей "Естественной истории ископаемых тел" Плиний скрупулезно собрал все, что было известно тогда о минералах, включая их магические свойства. Есть в его труде сведения о местонахождении златокамня на небольшом египетском о-ве Зебергет в Красном море, ставшем воистину "островом сокровищ". Здесь с незапамятных времен велась интенсивная добыча хризолита, образцы которого обнаружены при археологических раскопках в Египте, окрестностях Иерусалима и в Греции.

Не меньшей популярностью пользовался хризолит и в средние века. Известно, что крестоносцы привозили в Европу из своих походов великолепные изделия с египетским хризолитом, которые дарили своим дамам. Вероятно, с тех пор он снискал себе славу "дамского камня", призванного ограждать прекрасный пол от неразумных поступков и дурных снов.

Месторождение хризолита на о-ве Зебергет является единственным в своем роде, уникальным во всех отношениях. Хризолит здесь встречается среди измененных ультраосновных пород (перидотитов), образующих в рельефе невысокие холмы. Эти породы состоят главным образом из оливина - весьма распространенного магнезиально-железистого силиката. Однако для того чтобы он превратился в свою благородную разновидность хризолит, нужны весьма специфические геологические условия, а они создаются в природе довольно редко, чем и объясняется редкость нахождения драгоценного камня.

На о-ве Зебергет хризолит образовался путем перекристаллизации обычного оливина при воздействии гидротермальных растворов на перидотиты. В местах циркуляции этих растворов по трещинам образовались многочисленные прожилки антигорита*, около которых и кристаллизовался хризолит. Размеры его здесь необычайно велики - 3-5 см, а вес достигает 50 г и более. Обычные же размеры хризолита, используемого ювелирной промышленностью, составляют всего лишь 5-7 мм.

* (Антигорит - листовая разновидность серпентина - магнезиального гидросиликата.)

Необычен и цвет египетского хризолита: чистый и глубокий, с густой желто-зеленой окраской и ярким блеском, благодаря чему уже в наше время его нарекли "вечерним изумрудом" (вот сколько названий у одного камня!).

Есть среди хризолитов с о-ва Зебергет и "исторические" камни. Из одного из них был сделан монокль римского императора Клавдия Нерона, ныне хранящийся в сокровищницах Ватикана. Долгое время его принимали за настоящий изумруд, но теперь доказано, что это всего лишь "вечерний изумруд" - египетский хризолит, идеально чистый и прозрачный. Другой "исторический" камень - ограненный хризолит, украшавший Российскую корону. Вес его свыше 190 карат, а размер со спичечный коробок! Этот уникальный хризолит в числе других знаменитых камней хранится ныне в Алмазном фонде СССР в Москве. Еще один уникальный хризолит весом около 150 карат хранится в Геологическом музее Лондона.

О месторождении на о-ве Зебергет после долгого забвения вспомнили в начале нашего столетия. Снова здесь оживились древние копи на "Главном перидотитовом холме", но после нескольких лет интенсивной добычи истощились.

Пытались искать хризолит в сходных геологических условиях в различных регионах мира. И хотя аналога этому месторождению пока не найдено, хризолит неожиданно "всплыл" в другой геологической обстановке - его нашли в молодых вулканических областях, где он приурочен к лавовым потокам базальтов и вулканическим жерлам. Примером тому - месторождения ювелирного хризолита в Америке, в штате Аризона. Хризолит встречается здесь в виде отдельных бесформенных зерен размером со смородину. В вулканических жерлах встречаются и необычные стяжения хризолита округлой или эллипсовидной формы. Это не что иное, как оливиновые бомбы, достигающие 1 м в поперечнике. В центральных частях этих гигантских оплавленных стяжений наблюдается самый крупный и чистый хризолит. Однако златокамень так плотно замурован в базальтах, что извлечь его можно лишь с помощью взрывчатки, а это неизбежно ведет к растрескиванию и порче весьма хрупкого драгоценного камня. К счастью, природа позаботилась и на этот счет: добыча камня ведется из поверхностных россыпей, образовавшихся за счет разрушения хризолитоноспых базальтов.

В Советском Союзе месторождения хризолита долгое время не знали. Под названием хризолит в ювелирном деле применялся уральский демантоид, сам по себе замечательный самоцвет. Когда же началась алмазная эпопея в Якутии, геологи обнаружили хризолит в кимберлитовых трубках в тесной компании с пиропом и алмазом. А в трубке "Удачная" были выявлены промышленные концентрации ювелирного хризолита. Правда, он невелик в размерах - всего 5-7 мм - и не обладает цветом "вечерного изумруда". И все равно его можно использовать в ювелирной промышленности. Это доказала Л. А. Попугаева, горячо выступившая в защиту якутского хризолита, равно как и пиропа, которые можно попутно извлекать из алмазных кимберлитов.

Весьма интересно с геологической точки зрения возникновение хризолита в кимберлитах. Как оказалось, здесь он Является протомагматическим минералом, т. е. таким, который образовался в магматическом очаге на больших глубинах в условиях высоких давлений и температур.

Основным источником хризолита здесь являются уже знакомые нам оливиновые бомбы. Когда детально познакомились с ними, выяснилось, что это не что иное, как глубинные включения, вынесенные кимберлитовой магмой из мантии Земли. По своему составу это ультраосновные породы, те же самые перидотиты, из которых, как мы знаем, образовался хризолит на о-ве Зебергет. Вот какая неожиданная встреча!

Вы спросите - как же тогда хризолит сохранился в этих глубинных включениях, а не растворился в транспортирующем их к поверхности кимберлитовом расплаве? Необходимым условием для сохранения хризолита является быстрое застывание расплава, что достигается в свою очередь быстрым подъемом при вулканических взрывах.

Есть еще одна особенность хризолита из якутских кимберлитов: он горит ярким, но холодным зеленым цветом. Минералоги считают, что подобная окраска в хризолите вызывается закисным железом. Присущий же ему золотистый оттенок он приобретает при переходе закисного железа в окисное, что происходит в поверхностных условиях - в россыпях. Там этот самоцвет как бы рождается заново и становится настоящим златокамнем.

На следующее утро, когда холодный рассвет спустился на дно каньона, мы были уже на ногах. Нам удалось найти еще несколько оливиновых бомб, и хотя хризолит в них был мелкий - размером со спичечную головку, мы радовались и такому. Важен был сам факт его нахождения в глубинных включениях открытого нами вулканического жерла. Теперь можно было со спокойной душой выбираться из "царства подземных духов", где мы пробыли более суток.

Тщательно упаковав в рюкзаки образцы оливиновых бомб и вулканических пород, отправляемся в обратный путь. С трудом поднимаемся наверх по крутому ступенчатому борту каньона. Наши рюкзаки с бесценным, но таким тяжелым сейчас грузом неумолимо смещают центр тяжести в пропасть. Чтобы удержаться, мы еще плотнее прижимаемся к холодной стенке, истертыми до крови руками цепляемся за острые выступы лав. Все внимание, вся воля концентрируется на каждом шаге, чтобы он не стал последним. Вспоминается надпись, сделанная на вертикальной стене одного из высокогорных перевалов Памира: "Путник, будь осторожен, твоя жизнь, как слеза на ресницах". Как лаконично и образно выражено пожелание всем скалолазам! Чем выше, тем круче подъем и тем труднее даются шаги. Тяжело дыша, забираемся на узкий уступ и делаем небольшую передышку. До верха остается не более 10 м, но они кажутся нам самыми трудными. Еще одно усилие, последний рывок - и мы, цепляясь за кромку обрыва, выползаем наверх. Ничком плюхаемся на каменистую террасу и некоторое время лежим в каком-то забытье. Не хочется шевелить ни рукой, ни ногой - так бы и лежать без движения, ощущая всем телом ласковую, согретую солнцем землю.

Легкий ветерок, принесший горьковатый запах полыни, нежно щекочет ноздри и приятно освежает вспотевшее лицо. Постепенно проходит усталое оцепенение, и окружающий мир начинаешь воспринимать как-то по-новому, с обостренным чувством. Радуешься зеленому кустику дересуна, пробившемуся из расщелины в лавах и упрямо устремившемуся, как все живое, к свету и теплу. Ловишь взглядом одинокое белое облако, отставшее от общей "стаи", скрывшейся за темной горной грядой. А небо над головой по-прежнему голубое, какое-то мудро-спокойное, снимающее все напряжения и укрепляющее душу надеждами. Так хочется, чтобы оно всегда оставалось таким!

Однако мирную идиллию нарушает горный орел. Он медленно парит над землей, зорко высматривая себе добычу, и, наконец, узрев наши неподвижно распростертые тела, начинает снижаться, делая над нами стремительные виражи. Дело принимает неожиданный оборот! Быстро вскакиваем и, отчаянно размахивая геологическими молотками, отгоняем зарвавшегося агрессора.

Этот забавный эпизод вывел нас из усталого оцепенения. Снова собираемся в путь, и вдруг слышим натруженный звук мотора. Так и есть: среди темного и взъерошенного каменного поля белеет выцветший брезент нашего газика. Он, как поплавок, то прыгает вверх при мало заметном повышении в рельефе, то внезапно утопает среди лав. Несмотря на усталость, быстро идем навстречу машине и на ходу кричим. Наконец, мы замечены, и газик останавливается в 100 м от нас на ровном участке террасы. Знакомая фигура нашего шофера в пепельно-сером дэле, подпоясанном оранжевым кушаком, с радостными возгласами кидается к нам. Еще минута и Дашвандан уже обнимает нас, с любопытством оглядывает каждого и сверлит своими круглыми и черными, как угольки, глазами.

- Яасан? (Ну как?), - и, видя наши усталые, но довольные лица, успокаивается, затем подхватывает мой рюкзак и чуть не бегом устремляется к машине. Через полчаса мы уже в лагере. С жадностью пьем у костра крепко заваренный зеленый чай с молоком. Он непривычно для нас соленый, однако прекрасно утоляет жажду и бодрит. Дашвандан достает из машины увесистый узелок с хрустящими борцогами - кусочками соленого теста, сваренного в бараньем жиру. Настоящее лакомство, чем-то напоминающее наш хворост.

Разомлевшие от тепла и ужина, заползаем в палатку и валимся на мягкие мешки из верблюжьей шерсти. Несмотря на дикую усталость, спать не хочется. Стоит закрыть глаза, как явственно надвигается разверзшаяся пасть каньона с черными отвесными стенками и пенящаяся в этом каменном мешке река. Чтобы отвлечься, ловлю по радиоприемнику родную волну, и вот в эфир прорывается русская песня, широкая и раздольная, как русское поле или монгольская степь. И четверо разных людей, которых объединило общее дело, молча слушают ее, погрузившись в свои чувства и думы.

предыдущая главасодержаниеследующая глава














Rambler s Top100 Рейтинг@Mail.ru
© Карнаух Лидия Александровна, подборка материалов, оцифровка; Злыгостева Надежда Анатольевна, дизайн;
Злыгостев Алексей Сергеевич, разработка ПО 2008-2019
При копировании материалов проекта обязательно ставить ссылку на страницу источник: 'IzNedr.ru: Из недр Земли'